Отчим, или чужая кровь. Непростая история о простой девочке.

Отчим, или чужая кровь. Непростая история о простой девочке. 1

Так случилось, что Катя, десятилетняя девочка, живёт теперь с отчимом, в её родном доме. После того как не стало мамы, она вынуждена жить с человеком, который её совсем не любит. Ну вот нисколечко не любит. То он накричит на Катю ни за что, то больно ущипнет за бок. Девочке даже казалось, что отчим специально ее щипал, чтобы та заплакала. Катя плачет, а отчим смеется. Но Катя терпела. А кому ей жаловаться? Хорошо что в детский дом не отдал. Хорошо хоть не запил.

Отчим с мамой прожили всего три года когда это случилось. Когда не стало мамы. Никто даже предположить не мог что она не перенесет воспаление лёгких. Всегда веселая и здоровая, а тут такое. А родного отца девочка никогда не видела. Его не стало, когда Кате было всего три месяца. Несчастный случай. Намучалась Катина мама одна, намаялась. Надо и на работу ходить, и по хозяйству своему успевать. Дочку одну не оставишь, да и посоветоваться о делах житейских не с кем. Помучалась она помаялась, да и привела в дом мужика, отчима значит, из соседней деревни. Отчим дом свой продал, и перебрался жить теперь уже к законной жене, Катиной маме.

– Я мамку твою люблю, а тебя любить я не подписывался. Ты для меня чужая кровь, – говорил отчим Кате, когда мамы не было рядом, думая что девочка ещё маленькая, и ничего не понимает.

А Катя всё понимала, несмотря на свой небольшой возраст. Понимала, что кроме мамы своей, никому она на свете этом больше не нужна.

На людях отчим не показывал свою нелюбовь к Кате. Он мог и по голове её погладить, и похвалить, очень послушная и хорошая девочка, но дома было всё наоборот. Он мог больно ущипнуть Катю, или за ухо оттаскать, или больно ударить по спине полотенцем.

Да и не мог он отдать ее в детдом, люди в деревне не поймут. А если люди не поймут, значит и житья ему не дадут. Хоть и прожил он в деревне три года, но всё равно был для них чужаком.

Ну а Катя, когда ей становилось совсем не вмоготу, бегала к маме на могилку, плакала и рассказывала ей о своих бедах. Катя верила, что мама её видит и слышит.

– Вчера дядя Ваня так больно мне за ухо дёрнул, что до сих пор прикоснуться к нему не могу,- показывала девочка опухшее ухо воображаемой матери.

Затем девочка показала ободранное колено,

– А это он сегодня меня толкнул, и всё из за того, что я в доме плохо подмела. А ведь я так старалась. Ладно мамочка, пойду я, а то мне опять попадёт. Ужином дядю Ваню кормить надо. До свидания мама. Я потом ещё к тебе приду.

Девочка вытирала слезы, вставала со скамейки и не спеша, часто оглядываясь на мамину могилку, шла в сторону деревни. Шла к человеку, который её не любит.

Катя пришла домой и поставила на газ, греть вчерашний суп. Дядя Ваня уже сидел за столом в зале и ждал, постукивая пальцем по давно нестиранной скатерти.

– Где шляешься? Никак запомнить не можешь, что в это время ужинаю я?- грубо сказал отчим.

Катя, стараясь не расплескать, осторожно принесла тарелку с супом и поставила перед отчимом.

– Ложка где?- сверкнул глазами мужчина.

Катя отправилась за ложкой. Она никак не могла понять, почему каждое слово отчима такое обидное. Вот каждое мамино слово Катю согревало, а от дяди Вани один холод идёт.

– Плохо подогрела. Давай грей по новой,- отодвигает от себя тарелку с супом отчим.

– Вам надо, вы и грейте,- тихо отвечает девочка.

– Что?- сжал кулак отчим,- Ты как с отцом разговариваешь? Совсем обнаглела

– Не отец вы мне,- чуть не плача шепчет Катя.

– Ах ты…соплячка.

Отчим встал и его грузное, потное тело стало надвигаться в сторону Кати.

– Что…ухо зажило уже? Сейчас вообще оторву его к чертям собачьим.

И тут произошло неожиданное. Отчим вдруг остановился, схватился обеими руками за свою голову и завыл от боли. Он упал на пол и стал кататься по нему крича и ругаясь от нестерпимой боли. Катя в испуге отошла от него подальше и стала со страхом наблюдать за муками дяди Вани.

Кате вдруг показалось, что в комнате стало светлей, и свет этот исходил от окна. Девочка взглянула на окно и обмерла. На неё смотрела мама. На Катю смотрела и улыбалась ее любимая мама. Образ маминого лица заслонял всё окно, то проявляясь, то превращаясь в светлую дымку. Отчим затих уставившись испуганными глазами на окно. Теперь у мамы было строгое лицо.

– Не сметь,- раздался женский голос,- Не сметь.

Отчим снова схватился за голову и завыл.

– Так будет,- прозвучал голос мамы из ниоткуда,- Не сметь. Не сметь,- повторял и повторял голос.

Отчим ползал по полу воя от боли и кивая головой, соглашаясь с голосом.

Образ маминого лица стал растворяться, и вскоре исчез забрав с собой невыносимую головную боль отчима. Дядя Ваня с трудом поднялся с пола и виновато посмотрел на девочку.

– Ты Катя прости меня,- прерывисто проговорил отчим,- Пойду я, полежу немного.

– А как же ужин?- спрашивает Катя,- Давайте я вам помогу.

Катя взяла отчима за руку и повела его в сторону дивана.

Отчим сутки не вставал с дивана глядя в одну точку, отказываясь от воды и еды. А Катя нет- нет, да и подойдёт к дяде Ване, поинтересуется, не надо ли чего. С этих самых пор вся жизнь девочки изменилась до неузнаваемости. Отчима будто подменили, слова грубого не скажет. Следить стал за девочкой, помогать если надобно. Внимательным стал и ласковым, как отец родной. Кроме как Катенька и не называл её больше. Девочка сначала думала что притворяется отчим, образа мамы испугался, но со временем поняла что не притворяется дядя Ваня. Ведь фальш, через день, два, всё равно проявится.

Ну а Катя не заставила себя долго ждать, и уже через год, видя доброту отчима к ней, папой его стала звать. А отчим ей в ответ, доченька. Вот так они и стали жить поживать да добра наживать. Добра наживать, да друг другу помогать. Отчим Кате помогал и тепло своё отдавал пока та не выучилась и замуж не вышла, а Катерина Ивановна уже в старости за отчимом приглядывала, да теплом своим его деньки согревала.

Сергей Бураков.

%d такие блоггеры, как: